понедельник, 7 апреля 2014 г.

Золотой перелом


Валентин Катасонов: Золотой перелом. Когда возникла система глобализации. Отказ от золотого обеспечения доллара послужил началом нового мирового финансового порядка. Часть из рассказа Валентина Катасонова "Золотой ошейник человечества". 



Собеседники: 
Валентин Катасонов (доктор экономических наук, профессор, преподаватель МГИМО)
Артём Войтенков (Познавательное ТВ, poznavatelnoe.tv)
Дмитрий Еньков

Валентин Катасонов: Сорок лет назад Бреттон-Вудская система приказала долго жить. Фактически впервые за многотысячелетнюю историю возникла денежная система, которая никак вообще к металлу не была привязана. Исключительно декретные деньги, выражаясь нашим русским языком. Декретные деньги. На самом деле, конечно, этими деньгами стало крайне сложно пользоваться. 

Что произошло сорок с лишним лет? Я начну с того, что я прекрасно помню. Я помню 15-е августа 1971 года. 

15-го августа 1971 года американский президент Ричард Никсон выступил по американскому телевидению перед своим народом. Основная часть его выступления сводилась к тому: "Ребята, надо подтянуть пояса. У нас впервые за сто лет торговый баланс сошёлся с дефицитом, то есть мы теряем свои позиции даже на внутреннем рынке. Всякие японские, корейские товары, они наступают на наш рынок. Давайте поднимем импортные пошлины".

Тогда никто про ВТО как-то не вспоминал. Тогда не было ВТО, тогда была организация, которая называлась ГАТТ. ГАТТ – это фактически предшественница ВТО. То есть, если надо, мы поднимем импортные пошлины. 

Неприятным моментом являлось только то, что потребительские цены на американском рынке могли подняться на 5%. Для Америки это была почти что революция цен. Американский обыватель не привык к таким скачкам. Поэтому Никсон пытался как-то смягчить этот эффект, а в конце он как бы так, by the way (между делом), сказал: "Также мы ещё временно прекращаем размен долларов на золото".

Но это уже было адресовано не американскому обывателю, ему это на самом деле было всё равно. Потому что американскому обывателю в 1971 году не разрешалось даже держать золото, потому что ещё действовал декрет президента Франклина Делано Рузвельта от 1934-го года. Американцы как-то не понимали даже, что такое золото, а что такое повышение цен на 5%, это они прекрасно понимали. 

Зато остальной мир возбудился по поводу последней фразы Никсона, что "мы прекращаем размен золота на доллар, временно". Но вот это "временное" растянулось на сорок с лишним лет. Правда, уже через несколько лет было зафиксировано в виде поправок к уставу Международного валютного фонда, что золото перестаёт выполнять свои монетарные функции, и фактически функции мировых денег остаются за американским долларом. 

1971-ый год - это на самом деле событие эпохальное! 
Историки, между прочим, тоже недооценивают это событие. Потому что это всё. Это вся мировая политика поменялась. Вот мы говорим сегодня про глобализацию, а глобализация фактически началась с 15-го августа 1971 года. Почему я так уверенно говорю? Да потому что произошёл некий закулисный переворот. Что это за закулисный переворот? 

Произошла перестановка сил, перераспределение весовых категорий в группе главных акционеров. Если до этого Ротшильды были ключевыми акционерами, то теперь реванш взяли Рокфеллеры. Рокфеллерам нужен был печатный станок, Ротшильдам больше нужен был золотодолларовый стандарт. Ротшильдов немножко отодвинули в сторону. Рокфеллеры включили на полную мощностью печатный станок и начали пускаться во все тяжкие. 

Первое событие – это энергетический кризис 1973 года. 
Спрашивается: какая связь между 15 августа 71-го и событиями осени 73-го года? Самая непосредственная связь. 
Потому что мало включить станок. Надо, чтобы на зелёную бумагу был спрос. А чтобы был спрос, необходимо:
1. создавать новые рынки, 
2. надо снимать ограничения на рост цен на традиционных финансовых и товарных рынках, 
3. надо вводить какие-то новые активы, которые до этого не торговались.
Короче говоря – надо проводить глобальную рыночную реформу, то есть всё должно продаваться и всё должно покупаться. 

Первое
Все табу, все какие-то ограничения на свободное развитие рыночных отношений снимались. Первое табу, которое было снято, это табу на рост цен. 

Вы знаете, что в Америке более ста лет существовало антитрестовское законодательство. Практически оно, как бы, сохранилось в семидесятые годы, но уже никто не следил, насколько эффективно это антитрестовское законодательство работает. А уж про мировые рынки и говорить нечего. 

Как заставить, чтобы цены на чёрное золото подскочили в четыре раза? Надо было сделать спектакль под названием "очередная арабо-израильская война". Этот спектакль готовился достаточно долго. Одним из режиссёров и актёров этого спектакля был Генри Киссинджер. Потому что Генри Киссинджер челночил на Ближний Восток, и подговаривал некоторые арабские страны, включая и Египет, нанести превентивный удар по Израилю. 

Они это сделали, арабы. Козлом-провокатором был Генри Киссинджер. Естественно, евреи из Израиля очень возмутились таким поведением Генри Киссинджера. Они ему объявили херем, то есть это еврейское проклятие. Но они тоже до конца не разобрались – Генри Киссинджер работал на хозяев печатного станка. 

Весной 1973 года в Канаде происходило очередное заседание Бильдербергского клуба. Мы, конечно, не имеем протоколов этого заседания, но я видел список участников. По списку участников уже можно примерно догадаться, какова была тематика. Эта тематика была связана с финансами и чёрным золотом. Я сейчас не помню фамилии, но список участников Бильдерберга в Канаде в 1973 году показывает, что там уже были приняты все решения. Дальше уже началось исполнение принятых решений. Одним из ответственных исполнителей был Генри Киссинджер.

А в результате начался рост цен. Рост цен на чёрное золото. Объявили эмбарго на поставку нефти в Америку как союзника Израиля, Голландию, которая тоже подыгрывала Израилю. Якобы, был нарушен баланс спроса и предложения, и цены на чёрное золото начали расти. Между прочим, предыдущие сто лет цена на чёрное золото была ровненькой и горизонтальной, если смотреть на графики. Вот такая ситуация. Естественно, во всех тяжких обвинили кого? Арабов. Сказали: "Это всё ОПЕК". ОПЕК стали называть нефтяным картелем. 

Я учился и хорошо помню, как нам читали, скажем, "Конъюнктуру мировых товарных рынков". Нам полгода читали "Рынок нефти", и на этих лекциях нам говорили, что цены на чёрное золото определяет картель из семи сестёр: 
− это четыре американские или пять американских компаний, 
− англо-голландская Royal Dutch Shell, 
− британская British Petroleum, 
− ещё французская одна нефтяная компания. 

Тут вдруг неожиданно оказывается, уже больше нет семи сестёр, зато есть вот такие страшные и ужасные странные ОПЕК. Это они и манипулируют ценами на чёрное золото. Всё было перевёрнуто с ног на голову. Можете даже в Интернете посмотреть: сегодня почти уже нигде не найдёшь даже упоминаний о настоящем нефтяном картеле. Сегодня набираешь "нефтяной картель" - выскакивает ОПЕК. Ребята из ОПЕКа, они просто некие статисты в этом спектакле, ничего другого. 

Это просто один пример тех интриг, которые стали разыгрываться в связи с тем, что надо было создать спрос на зелёную бумагу. 

Второе
Другое, такое магистральное направление создания спроса на зелёную бумагу - это создание финансовых рынков. 

Финансовые рынки всегда были: фондовые рынки, валютные рынки. Валютные рынки играли вспомогательную роль, потому что на валютных рынках в основном происходил обмен одних денежных единиц на другие для того, чтобы обеспечивать операции в сфере внешней торговли. Практически, валютные рынки обслуживали внешнюю торговлю. Я учился в это время и прекрасно помню, как нам объясняли, что такое валютные рынки. 

Фондовые рынки - это рынки, на которых обращались облигации, акции. Но теперь-то фондовые рынки стали совсем другими. 

− Раньше на мировых рынках торговали пшеницей, чёрным золотом, станками, пушно-меховыми изделиями. Теперь стали торговать бизнесами. 
− Тогда, в те времена, в эпоху Бреттон-Вудской системы, какие-нибудь поглощения или слияния - это было событие глобального масштаба. 
− Сегодня появились такие понятия, как капитализация бизнеса, как mergers and acquisitions(слияния и поглощения). Предприятие стало игрушкой в руках спекулянтов.
Естественно, что этот рынок, он создал большой спрос на зелёную бумагу. 

Третье
Природные ресурсы. Во многих странах природные ресурсы были выведены вообще из сферы товарно-денежных отношений. Фактически была проведена приватизация природных ресурсов, и это тоже создало мощный стимул для того, чтобы производить дополнительное количество зелёной бумаги. 

Приватизация – это тоже желание хозяев печатного станка купить за три копейки дорогие активы. И так далее. 

Мир стал меняться на глазах. 
Появлялись какие-то новые финансовые инструменты, так называемые деривативы (производный финансовый инструмент). В учебниках иногда пишут, что в 80-е годы был изобретён новый финансовый инструмент. Я ещё у Сергея Фёдоровича Шарапова где-то прочитал о том, что фьючерсные и форвардные сделки существовали в Америке в середине прошлого века. 

Артём Войтенков: Позапрошлого.

Валентин Катасонов: Да, уже позапрошлого, совершенно верно. То есть на самом деле всё это было, просто в нужный момент всё это было востребовано. Поэтому на тех же рынках производных инструментов обороты исчисляются десятками триллионов долларов сегодня.

Артём Войтенков: Именно переход Америки, отказ от Бреттон-Вудской системы и золотого обеспечения, это что? Одни говорят, что это крах американской экономики. Вы говорите, что, в общем-то, и не крах, наоборот...

Валентин Катасонов: Кто сказал, что это крах? Никто не говорил, что это крах. 

Артём Войтенков: Есть такие заявление, что американцы просто не справились. 

Валентин Катасонов: Американцы развели руками и сказали: "Вы знаете, мы не можем больше менять доллары на золото, потому что у нас золота осталось мало. Вот, когда мы давали обязательство, золота у нас было пятьдесят процентов мировых запасов. Сейчас у нас осталось только восемь тысяч. Поэтому давайте думать о том, как бы нам создать некий новый мировой финансовый порядок, чтобы мы не обменивали жёлтый металл на доллары". 

Артём Войтенков: Это привязывает к тому, что страны стали требовать у них золото?

Валентин Катасонов: Они стали требовать это ещё в 60-е годы. Они же чувствовали, чем всё это кончится, спинным мозгом чувствовали. 
Де Голлю удалось, Колю не удалось. Многие вставали в очередь за американским золотом, но, к сожалению для них, многие так и не получили ничего. Они прекрасно понимали, что Америка их кинет. 

Кстати, тут очень такой интересный момент. Некоторые говорят: в 1971-ом году произошёл дефолт. Америка фактически расписалась в неспособности выполнять свои обязательства. Сейчас посмотрите на Европу - тоже не поймёшь: то ли там дефолты, то ли там не дефолты. Это вопрос не философский, на самом деле. Потому что это вопрос ценой во многие миллиарды долларов и других денежных единиц. 

Давайте вернёмся к 1944-ому году, Бреттон-Вудсу. 

Действительно, американцы очень хотели создать вот эту самую золотодолларовую систему. Там были другие варианты. Там была английская делегация во главе с Джоном Мейнардом Кейнсом, который предлагал создать наднациональную валюту, которая называлась банкор. Англичане тогда проиграли. Верх взяли американцы. 

Кстати, американскую делегацию возглавлял замминистра финансов Уайт. Между прочим, агент Комитета Госбезопасности Советского Союза, как сейчас это признаётся большинством экспертов. Да, был завербован в своё время. Так что там много интересного. Это тема особого разговора. 
Очень симпатизировал Советскому Союзу господин Уайт. Но при этом он и выполнял определенный социальный заказ. Он выполнял социальный заказ хозяев Уолл-стрита. Им нужен был именно золотодолларовый стандарт. Они его получили, но получили хитростью и обманом, потому что Америка нигде не поставила подпись, что она обязуется обменивать золото на доллары. Они просто обещали. Я часто говорю, что мир финансов живёт по понятиям. Там просто есть некие устные договорённости, нет никаких документов. 

Поэтому в начале семидесятых годов мировому сообществу осталось только просто утереться, потому что требовать от Америки они ничего не могли. Америка обещала, а потом Америка забрала своё обещание. Поэтому, строго говоря, с юридической точки зрения, это не дефолт. 

Образовалась некая развилка для мировой финансовой системы. Некоторые говорят: "Не было альтернативы, оставался этот единственный вариант". Но опять - разводилово. Было много других вариантов. 

Артём Войтенков: Но они всегда есть. 

Валентин Катасонов: Они всегда есть, но выбрали именно тот, который нужен был, будем так говорит, группе акционеров, которых мы условно называем Рокфеллерами. 

Артём Войтенков: Почему введение золотодолларового, этого Бреттон-Вудского соглашения было выгодно американцам? 

Валентин Катасонов: На тот момент? 

Артём Войтенков: Да. 

Валентин Катасонов: После Второй мировой войны вообще выстраивался некий новый мировой финансовый порядок. До этого на мировых рынках правил британский фунт. Что такое американский доллар, никто ещё не понимал. 

Просто так принять в свои объятия американский доллар никто не был готов. Ещё никто даже до конца не оценил последствия Второй мировой войны, новые раскладки. Потому что фактически Британия ещё сидела на своих колониях. Де-юре колонии стали исчезать несколько позже. 

В 44-ом году ещё не понимали даже, чем закончится война, кто же будет главным победителем? Извините, в 44-ом году только ещё начиналась высадка американского десанта в Европе. 

Артём Войтенков: Но он англо-американский был.

Валентин Катасонов: Да. Будем так говорить. Где-то они были союзниками, а где-то они были непримиримыми конкурентами, потому что, на самом деле, Британия втайне рассчитывала, что, если будет какой-то стандарт, то это будет стандарт, привязанный к британскому фунту. Но, как говорится, не по Сеньке шапка. Британия была в тяжелейшем положении. Поэтому некоторое время де-факто приравнивали фунт к американскому доллару – по инерции. 

Поэтому, чтобы убедить участников Бреттон-Вудской конференции в том, что доллар не хуже золота, они вынуждены были дать честное пионерское, что они будут менять свои бумажки на золото. 



Валентин Катасонов: Финансовая чертовщина. Деньги не ценны сами по себе, это обязательства и требования. Люди подчиняются управлению через деньги, как послушные биороботы. Часть из рассказа Валентина Катасонова "Смертельный юбилей ФРС".



Валентин Катасонов: Экономический клей. Деньги - клей экономики. Деньги - это знаки о вкладе в производство общественного продукта. Им совершенно ни к чему быть золотыми. Часть из рассказа Валентина Катасонова "Золотой ошейник человечества". 





ПОДЕЛИТЬСЯ С ДРУЗЬЯМИ

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Интересная информация