воскресенье, 20 октября 2013 г.

Безудержная Америка (2013, В.Ю. Катасонов)


Почему споры в США насчет увеличения своего государственного долга затрагивают всё мировое сообщество?





Безудержная Америка 
   
Собеседники: 
Валентин Катасонов (доктор экономических наук, профессор, преподаватель МГИМО);
Артём Войтенков (Познавательное ТВ, poznavatelnoe.tv);
Дмитрий Еньков.

Артём Войтенков: Сейчас в Америке идут бурные обсуждения между республиканцами и демократами, Обамой и конгрессом. Они всё никак не договорятся о том, как же нам расписать свой бюджет на будущий год и увеличение потолка их очередного долга. Что это значит? Важно ли это для США, для мира и почему это происходит?

Валентин Катасонов: Да. Это очень связано с предыдущей темой. Мир настолько взаимозависим сегодня, что события, которые происходят сегодня в Соединённых Штатах и в Вашингтоне, напрямую касаются всего человечества, каждой страны и России в частности. Формально вроде бы не такой уж и крупный вопрос возник. Вопрос об утверждении бюджета на очередной финансовый год.

Артём Войтенков: Извините, я вас немножко перебью и скажу для зрителей. Я читал, что с 1977-го года такое происходило уже 17 раз, то есть это такое достаточно часто повторяющееся событие в жизни государства.

Дмитрий Еньков: Пора бы им уже как-то выработать какую-то стратегию.

Валентин Катасонов: Да. Конечно, масштаб совсем другой, чем в 1977-м году, да и до 1977-го года тоже не раз поднимали потолок заимствований. Я не знаю, почему от 1977-го года вы начали отсчёт. 

Артём Войтенков: Нет, это не поднятие потолка заимствование, а эти их недоговорённости.

Валентин Катасонов: А, недоговорённости! Это да. Кстати говоря, в истории России тоже бывали случаи, когда не успевали до 1-го января согласовать бюджет. У нас в этом смысле всё проще, потому что наш Бюджетный Кодекс предусматривает, что если не принят бюджет, то тогда финансирование идёт исходя из уровня предыдущего финансового года. 
Скажем, в январе бюджетные организации получают деньги в размере 1/12 от предыдущего года. Так что в этом смысле у нас таких стрессов не возникает. А вот почему-то американское законодательство такие стрессы предусматривает. Не знаю, почему. Это надо глубоко копать, чтобы понять, почему они создали такую систему. 
Я не буду живописать относительно того, в каком сегодня сложном положении находится Америка, потому что финансирование находится у многих американских ведомств и организаций находится на минимуме. Многие отправлены в неоплачиваемый отпуск. Даже заморожены некоторые военные программы финансирования вооружённых сил, выплаты жалований офицерам и солдатам. И так далее.

Артём Войтенков: Мы имеем в виду, пока они не договорятся. Когда они договорятся, это всё выплатят.

Валентин Катасонов: Да. В принципе, тут ещё в одной точке сходятся две проблемы. Во-первых, не принят бюджет, а, во-вторых, бюджет надо принимать с учётом того, что всё равно будет большой дефицит. Большой дефицит означает приращение долга, а приращивать долг уже нельзя, потому что уже упёрлись в потолок. Потолок составляет примерно 17 трлн долларов.

Артём Войтенков: А почему?

Валентин Катасонов: 17 трлн долларов – это тот потолок, который был определён в августе 2011-го года. 

Артём Войтенков: А что мешает его опять увеличить? Ничего не мешает.

Валентин Катасонов: Конечно, вы действительно можете говорить, что ничего не мешает, что вообще Америка может вечно жить за счёт других стран. Ведь вы понимаете, что повышение потолка государственных заимствований – это фактически продолжение этого паразитического образа жизни.
Однако тут возникают свои «но». Во-первых, конечно, многие страны, которые накопили большое количество долговых бумаг американского правительства, они понимают, что это жизнь на пороховой бочке. Они могут лишиться этих миллиардов и этих триллионов. У Китая в настоящее время – 1,3 трлн долларов, у Японии – 1,1 трлн долларов. 
В общей сложности где-то почти 2,5 трлн долларов только у двух стран. Это очень серьёзный объём. А вдруг они договорятся? Япония, Китай, России, и таким образом взорвут. Понимаете, есть такие настроения в Вашингтоне: зачем же мы так будем зависеть от внешнего мира; да, конечно, нас очень радует, что мир от нас зависим, но и мы зависим от мира.
Были даже какие-то разговоры, что якобы  ведутся какие-то подковёрные переговоры между Путиным и руководством Китая, что они сейчас обвалят американский доллар. Но, в общем, часть американской элиты находится в таком напряжённом состоянии.

Артём Войтенков: Давайте поясним. Эти американские долговые облигации находятся практически у всех стран мира. У кого-то больше, у кого-то меньше. 

Валентин Катасонов: Основная часть находится у очень небольшой группы стран.

Артём Войтенков: Требования выплат по этим облигация – например, у меня их чемодан на несколько миллиардов, я приду с ним и скажу: «Ребята, давайте доллары вместо ваших облигаций». Тогда это приведёт к обвалу доллара?

Валентин Катасонов: Да.

Артём Войтенков: Но, собственно говоря, сейчас их долг составляет 16,7 трлн долларов. Если поднять планку до 17 трлн долларов – разница не очень-то и большая. 

Валентин Катасонов: Я вам хочу сказать, что два года назад подняли сразу на 2,5 трлн долларов, потому что поднимать на 100-300 млрд долларов – это постоянная нервотрёпка каждые три месяца. Вы знаете, насколько у них прирастает долг? В среднем на 1 трлн долларов в год – это дефицит годового бюджета. Правда, они с гордостью говорят, что в этом году они снизили планку ниже 1 трлн долларов.

Дмитрий Еньков: Я точно знаю, что у них по экспоненте был рост долга, потому что при Рейгане накопили за весь его срок 1 млрд долларов, а дальше пошёл просто взрывной рост.

Валентин Катасонов: Дальше пошло по экспоненте. Тут мы с вами затрагиваем следующий серьёзный вопрос. Дело в том, что в 70-е годы произошёл переход всего мира на другую валютно-финансовую систему. До этого была золотодолларовая система, а теперь она стала нефтедолларовой системой. Практически «золотой тормоз» печатного станка был снят. Поэтому, конечно, начали печатать доллары в неограниченном объёме. Естественно, никаких ограничений для паразитического, потребительского образа жизни не было для Америки. Поэтому соответственно стали жить в долг, веселее. Не было уже золотого тормоза, который в каком-то смысле сдерживал эти паразитические, потребительские настроения Америки.

Артём Войтенков: Я для зрителей поясню, насколько я правильно понимаю. Бреттон-Вудское соглашение, по-моему, было в 1945-м году?

Валентин Катасонов: Оно действовало в 1945-м и действовало до середины 70-х годов.

Артём Войтенков: По этому соглашению доллар приравнивался к скольким-то граммам золота. Доллар обеспечивался золотом: доллар = золото?

Валентин Катасонов: Не то, чтобы приравнивался. Главное, Соединённые Штаты взяли на себя обязательства свободно разменивать «зелёные бумажки» на золото. Вот это самое главное.

Артём Войтенков: Если ты с долларом в кармане – это то же самое, что у тебя золото в кармане?

Валентин Катасонов: Да, что доллар, что золото – одно ощущение.

Артём Войтенков: Но в 70-х годах они от этой системы отказались после требования де Голля, который потребовал...

Валентин Катасонов: Там был не только де Голль, там были и многие другие. Но дело в том, что другим уже ничего не досталось, там была целая очередь. «Золотое окошечко» закрылось перед носом немецкого канцлера Коля. Сказали: «Хватит». 

Артём Войтенков: Дали только де Голлю или ещё кому-то?

Валентин Катасонов: Я не знаю, просто у всех на слуху этот пример с де Голлем, потому что де Голль действительно потребовал отоварить весь запас доллара. Другие говорили хотя бы частично.

Дмитрий Еньков: Говорят Япония.

Валентин Катасонов: Да, все стучались в «золотое окошко», но оно захлопнулось. Это было 15-е августа 1971-го года.

Артём Войтенков: С тех пор доллар просто сам по себе. Он не привязан ни к золоту, ни к чему.

Валентин Катасонов: Он не привязан ни к чему, за исключением того, что он вроде бы как привязан к «чёрному золоту». По-моему мы с вами говорили о том, что в 70-е годы сложился так называемый нефтедолларовый стандарт. Это, конечно, здорово, что «золотой тормоз» печатного станка был снят. Здорово для некоторых акционеров ФРС, но надо, чтобы эта бумага была востребована. Это же кредитные деньги. Эта бумага должна быть выдана в виде кредитов либо банком, либо корпорацией, либо государству, либо ещё как-то. Понятно, что надо было как-то создавать этот спрос.
Весной 1973-го года на заседании Бильдербергского клуба было принято решение о том, что надо взорвать цены на рынке «чёрного золота». Это вот сейчас кое-какие документы стали появляться. Главный исполнитель решений Бильдербергского клуба – Генри Киссинджер. Генри Киссинджер помчался на Ближний восток, стал вести какие-то тайные переговоры с руководителями арабских стран. Фактически подталкивать их к войне с Израилем. Роль такого козла провокатора.
Действительно тогда в 1973-м году Египет ударил по Израилю. Начался рост цен на «чёрное золото». Страны ОПЕК якобы сказали, что мы не будем поставлять «чёрное золото» ни Америке, ни Голландии, потому что они якобы заняли сторону Израиля. В общем, такой хорошо отрежиссированный спектакль, но бенефициарами этого спектакля явились, конечно, даже не нефтяные компании, а хозяева печатного станка ФРС.
В четыре раза выросли за несколько месяцев цены на «чёрное золото». Соответственно, спрос на «зелёную бумагу» возрос в четыре раза. Товарные рынки – это средство для увеличения прибыли акционеров ФРС. Однако тут маленький нюанс. Хорошо, цены на «чёрное золото» выросли в четыре раза, но ведь можно было расплачиваться за «чёрное золото» в немецких марках, в швейцарских франках.
Генри Киссинджер как раз в 1793-м году встретился с шейхом Саудовской Аравии и сказал: «Давайте с вами заключим такое соглашение. Вы будете требовать за свою нефть только американские доллары, а мы вам гарантируем три вещи: во-первых, поставки оружия; во-вторых, мы гарантируем вашу военную безопасность; в-третьих, мы гарантируем, что у вас не будет никаких проблем с Израилем». Саудовский шейх согласился. 
В течение последующих двух лет, до 1975-го года, таким образом Генри Киссинджер окучил все страны ОПЕК и все перешли на расчёты в американских долларах. Вы сами понимаете, механизм очень простой: цены на «чёрное золото» растут, а при этом оплата «чёрного золота» идёт в американских долларах. Кто потирает руки в первую очередь? Конечно, хозяева ФРС. 
Они потирают руки дважды. Во-первых, потому что они сбыли эту «зелёную бумагу», а во-вторых, они потирают руки, потому что нефтедоллары рециклировались и вернулись на депозиты американских банков. А ведь у каждого американского банка на Уолл-Стрит тоже есть свой хозяин. Это одни и те же хозяева: хозяева ФРС и хозяева отдельных банков Уолл-Стрит. Каждый банк Уолл-Стрит – это свой свечной заводик одного из акционеров ФРС. 
Так что тут была выстроена такая система, которую мы называем нефтедолларовой.

Артём Войтенков: А почему эти доллары вернулись обратно к ним в банки?

Валентин Катасонов: А куда деваться? Дело в том, что страны ОПЕК стали получать гигантские доходы в нефтедолларах, а куда их девать? Их никуда не инвестируешь. 

Артём Войтенков: Купить что-то на них.

Валентин Катасонов: Вы знаете, можно купить. Шейхи купили роллс-ройсы, начали строить небоскрёбы, ещё что-то. Вы знаете, если что-то такое крупное купить, вы имейте в виду, что 70-90-е годы в странах Запада всегда существовали ограничения и запреты на иностранные инвестиции в экономике западных стран. Поэтому единственный канал, который  был открыт саудовским и нефтяным шейхам – это канал размещения денег на депозитах американских банков. 

Артём Войтенков: Получается, они получали столько денег, что в свою страну они уже вбухали, построили небоскрёбы – больше нечего накачивать.

Валентин Катасонов: На рынке мировых инвестиционных товаров и инвестиционных активов куча ограничений и запретов. Это нельзя, это нельзя, это нельзя, а что можно? Можно заместить на депозит.

Артём Войтенков: То есть положить в банк?

Валентин Катасонов: Да, рециклировать нефтедоллары, то есть доллары вернулись туда, откуда они и пришли.

Артём Войтенков: Получается, что они просто отдавали свою нефть за бумажки, а потом эти бумажки возвращали этим же покупателям.

Валентин Катасонов: Да, и какие-то крохи с барского стола доставались арабским шейхам. Они покупали дорогие лимузины, может быть, покупали дорогие картины. Может быть, они покупали даже какие-то особняки в Европе. Но всё это в умеренных, дозированных количествах. 

Артём Войтенков: Мы не знаем, чтобы арабские шейхи владели какой-то крупной недвижимостью или промышленностью в Европе. Я про такое вообще не слышал.

Валентин Катасонов: Кое-что есть, но опять же каждый раз это всегда с большим писком, с большим напрягом. Им всегда или намекают или прямо говорят: вот для вас, господа, самый оптимальный вариант или покупайте трежерис или кладите на депозиты в западные банки – финансовый сектор экономики. Всё остальное – это не для вас. Вы – люди благородные, живите, зачем вам мараться производством? Постиндустриальное общество. Вот вы и пребываете в этом виртуальном пространстве постиндустриального общества.

Артём Войтенков: Как это привело к сегодняшнему положению, что США сейчас лихорадит по поводу делёжки денег? Бюджетных во всяком случае.

Валентин Катасонов: Вы знаете, на самом деле я помню 3-4 год назад ещё некоторые опасения в Вашингтоне стали высказываться по поводу того, что можно бездумно наращивать эту самуюдолговую пирамиду. Ведь надо обслуживать государственный долг, а уже где-то лет пять назад процентов двадцать американского бюджета – это были процентные расходы, то есть расходы на обслуживание государственного долга.

Артём Войтенков: То есть ФРС даёт правительству Америки доллары ещё и под проценты?

Дмитрий Еньков: Это ведь облигации.

Валентин Катасонов: Да, облигации под проценты.

Дмитрий Еньков: Мы же у них размещаем деньги хоть под очень низкие, но проценты. Их же надо оплачивать. Суммы-то гигантские.

Валентин Катасонов: Правительство собирает налоги, и каждый пятый доллар этих налогов оно возвращало хозяевам ФРС. Но дело в том, что сейчас эта доля снизилась. Я смотрел последнюю статистику – примерно 7%. Вроде дышать можно.

Артём Войтенков: А было сколько?

Валентин Катасонов: Было до 20%.

Артём Войтенков: 20% годовых?

Валентин Катасонов: Каждый пятый доллар налогов шёл в карман ФРС. И говорили о том, что будет 50%, а потом будет 100%, имея в виду, что будет расти долг. Даже при тех же процентных ставках по американским трежерис, всё равно, рано или поздно, мы выйдем на то, что 100% бюджета будет тратиться на обслуживание государственного долга.

Артём Войтенков: А какая им разница? Просто американское правительство занимает больше денег у ФРС, и часть этих денег отдаёт на обслуживание долга.

Валентин Катасонов: В какой-то момент чисто математически мы приходим к выводу, что весь бюджет идёт только на обслуживание долга – не на покрытие, не на погашение, а только на обслуживание. Дальше уже даже ФРС не может давать новых займов, потому что, извините, ФРС уже не получит ничего, потому что правительство уже полный банкрот. Оно не тратит ни на что: ни на здравоохранение, ни на вооружённые силы, ни на зарплаты бюджетникам. Оно тратит всё для того, чтобы расплачиваться по своим долгам с ФРС. Вот такая картинка. Это чисто математически.
Но там, в Вашингтоне, сидели аналитики и говорили, что эта математика может сработать где-то уже в 2025-м году, поэтому, ребята, давайте тормозить заранее, потому что мы на крутом повороте не сумеем вырулить, давайте сейчас тормозить. Особенно республиканцы говорили: хватит нам жить с дефицитами, хватит наращивать долг.

Артём Войтенков: Подождите, они что хотят все 17 трлн долларов отдать что ли?

Валентин Катасонов: Отдавать не надо, хотя бы не приращивать. Дмитрий правильно говорил, что после Рейгана по экспоненте всё пошло – это чистая математика уже. Они не успеют оглянуться, как весь бюджет будет тратиться только на погашение процентов.

Дмитрий Еньков: Я хотел бы разобраться в двух вещах. Первая – это ГКО, которые мы, Китай и Япония закупают. Мы же закупаем всё-таки у правительства, не у ФРС? Мы закупаем у правительства США, у нас же нет отношений с ФРС? У нас – у России, у Китая.

Валентин Катасонов: Нет, конечно.

Дмитрий Еньков: То есть, во-первых, правительство расплачивается с нами.

Валентин Катасонов: С нами, да.

Дмитрий Еньков: Там идёт часть у правительства – на долг ФРС, а часть...

Валентин Катасонов: А вы знаете, как оно расплачивается? Чисто техника?

Дмитрий Еньков: Не знаю. Это интересно.

Валентин Катасонов: Просто предлагают вам дополнительно количество этой же самой бумаги.

Дмитрий Еньков: Понятно. Это был первый вопрос, а второй – у меня не хватает, выражаясь вашим языком, рационального понимания в действиях этих товарищей из ФРС.

Валентин Катасонов: Мы имеем дело с биороботами.

Дмитрий Еньков: Сейчас попробую пояснить. Вы сейчас сказали о нефтяной составляющей, как они договаривались. Кстати, это интересный аспект, я в этом смысле никогда не думал. Я слышал другую версию, что им интересно везде раздувать войны, потому что они поставляют оружие. Это тоже нужно всё финансировать, а значит, есть куда вкладывать те же самые доллары.

Артём Войтенков: Плюс война – это укрепление доллара.

Валентин Катасонов: Конечно, согласен. 

Дмитрий Еньков: Опять же получается как? Ты развязал войну в той же Ливии. Сейчас её надо восстанавливать. Опять же Ливия у тебя будет брать кредиты на восстановление, опять она тебе будет должна. Очень удобная схема: сначала ты бомбишь...

Валентин Катасонов: Там, знаете, ещё какая деталь. Дело в том, что они тогда заморозили резервы Центрального банка Ливии и Суверенного фонда Ливии. Они говорили, что мы это замораживаем для того, чтобы вернуть народу Ливию. Во-первых, непонятно кому возвращать сегодня, а, во-вторых, вдруг выяснилось, что Ливия задолжала Америке за те услуги, которые Америка оказывала ливийскому народу в виде бомбёжек...

Дмитрий Еньков: Фосфорные бомбы дорогие...

Валентин Катасонов: Да. Поэтому там и списывают эти средства с валютных резервов Ливии. Очень красивая схема.

Артём Войтенков: Всегда победитель грабил побеждённого. 

Валентин Катасонов: Да, так что в этом смысле всё верно.

Дмитрий Еньков: Я просто хотел закончить вопрос про рациональность. Я не могу понять. Может быть, действительно у русских другая цивилизация, потому что я этого в принципе не могу понять. Зачем нужно вкладывать деньги именно в войну или в эту нефть, когда ты можешь просто странам помогать. Вот, пожалуйста, у тебя ФРС, ты эти деньги печатаешь. Вместо того чтобы войну устраивать, просто давай кредиты на развитие. Пусть люди строят дороги, мосты, здания, открывают новые заводы. Пока ты весь мир отстроишь таким мирным путём. У меня не хватает понимания в рациональном мышлении для этого.

Валентин Катасонов: Вы поймите, что модель отношений поменялась с точностью до наоборот. Первые 10-15 лет Америка, действительно, была кредитором всего мира, в том числе план Маршалла обычно вспоминают.

Артём Войтенков: 10-15 лет, отсчитывая от какой даты?

Валентин Катасонов: От конца Второй мировой войны. Она действительно была нетто-кредитором, сейчас она нетто-дебитор, то есть она, наоборот, у всего мира берёт кредиты. Эти золотовалютные резервы – это что? Это кредитование Америки и частично кредитование Европы. Трежерис, что это такое? Кредитование другими странами той же Америки. Поэтому Америка – банкрот, она не может никого кредитовать. Чем она может кредитовать?

Дмитрий Еньков: Неужели у них нет понимания, если мы здесь можем это осознать, что была неправильная политика, значит, меняй её.

Артём Войтенков: Как они её поменяют? Паровоз вперёд летит!

Валентин Катасонов: Вы понимаете, в чём дело, они уже объявили войну всему миру, мир как-то сопротивляется. Например, Америка говорит. А почему вы, китайцы, торгует на юане, рассчитываетесь юанем с Ираном за нефть? Нехорошо, неправильно. Вы должны с Ираном рассчитываться американскими долларами. Китай показывает комбинацию из трёх пальцев, Иран тоже показывает комбинацию из трёх пальцев. 
Кстати, из-за этого и сирийская заваруха началась отчасти. Потому что, конечно, американцы не могут простить такое Ирану. Короче говоря, появляются альтернативные валюты. Нефтедолларовая система начинает шататься, скрипеть, но ничего с этим поделать не могут. Они пытаются заливать пожар бензином, то есть создавать такие локальные войны, очаги, но получается обратная реакция. 
Некоторые страны наоборот ещё более убеждаются в том, что с Америкой нельзя иметь дело. Необходимо как-то это развивать отношения с соседями, создавать какие-то региональные блоки, как-то закукливаться. Россия в этом смысле – страна, которая имеет все возможности для того, чтобы не зависеть от Америки. Я много раз об этом говорил. Мы должны быть готовы к тому, чтобы закрыться от этого американского дефолта, который накроет весь мир. 

Артём Войтенков: А он будет? 

Валентин Катасонов: Он, конечно будет. Рано или поздно он будет. Тут ещё нашу модель могу дополнить одной деталью. Ведь среди республиканцев есть люди, которые заинтересованы в демонтаже или во взрыве этой нефтедолларовой системы. Будем так говорить, это агентура Ротшильдов, потому что Ротшильды после 70-х годов, это же не просто был переход с одной модели на другую. Это ещё перегруппировка сил среди акционеров ФРС была: Рокфеллеры усилили свои позиции, Ротшильды ослабили. Ротшильды, конечно, ребята рисковые, и даже при определённых условиях готовые идти на такие резкие события, как взрыв ФРС. Считая, что Рокфеллеры не выживут, а мы имеем запасные аэродромы и мы сможем выстроить свою запасную альтернативную систему. То есть тут много факторов. Это очень сложная картинка. 

Артём Войтенков: Мне всегда казалось, что Рон Пол, американский сенатор, который книжку выпустил «Покончить с ФРС» (End the Fed), в общем, на ФРС наезжает, что он не такой герой-одиночка. Понятное дело, что за ним кто-то стоит.

Валентин Катасонов: Безусловно. Если внимательно посмотреть, там есть определённые симпатии, хотя они всегда маскируются. Понятно, что Сорос – человек Ротшильдов. Можно, конечно, сказать, что это временные союзники, потому что Ротшильды, и будем так говорить, американские экзистенциалисты в данном случае имеют общего противника – Рокфеллеров. Сказать, что это единый блок – не знаю, я не политик и не конспиролог, но то, что они временные союзники и имеют общего противника – я с этим согласен.

Артём Войтенков: Это пока не очень понятно. Хорошо, США сейчас договариваются по поводу своего бюджета. Например, они не будут повышать его планку. Что тогда? Им просто не хватит денег. 

Валентин Катасонов: Если они не будут повышать планку, естественно, денег не хватит.

Артём Войтенков: А что они сами не понимают, что это приведёт к развалу страны, если им не хватит денег платить своим же госслужащим, армии?

Валентин Катасонов: Для патриотически настроенной части республиканцев, будем так говорить, а не этих агентов Ротшильдов – это действительно попытка развернуть курс страны. Потому что ведь на этих переговорах идёт перетягивание каната. 
Республиканцы говорят: «Мы от вас что просим? Чтобы вы умерили свои аппетиты. Почему у нас расходы превышают доходы на 1 триллион долларов?». Экзистенциалисты говорят, что значительная часть этого дефицита создаётся военными расходами. 
Барак Обама прошёл в президенты под флагом реформы системы медицинского обеспечения, медицинских услуг, а это очень крупные деньги. Республиканцы настаивают на том, чтобы Барак Обамы отказался от своей программы реформирования.

Артём Войтенков: А он, естественно, не может.

Валентин Катасонов: Он не может, потому что любой президент хочет оставить хоть какой-то след в истории. А ведь у Барака Обамы было два таких знамени – это здравоохранение и реформа финансово-банковской системы. 
Реформа финансово-банковской системы – закон Додда-Франка казался практически мертворождённым. Барак Обама понял, что эту планку он никак взять не сможет. Поэтому он сейчас полностью сконцентрировался на своём втором знамени, под названием «реформа здравоохранения».
И действительно, если бы Барак Обама отказался от реформы здравоохранения, то там экономия получилась бы, я не знаю, 300 млрд долларов в год они точно бы сэкономили.

Артём Войтенков: Там разные цифры приводятся. Кто-то говорит, что она стоит порядка триллиона.

Валентин Катасонов: В общей сложности она стоит где-то около триллиона. Если её разложить по годам, то где-то 200-300 млрд в год экономия точно была бы.

Артём Войтенков: 200-300 млрд в год – не такие большие деньги.

Валентин Катасонов: Я говорю только про эту программу, там по всем пунктам, по всем статьям бюджета идёт борьба. Я просто по самому крупному куску сейчас говорю.

Артём Войтенков: Но всё равно, если они сейчас увеличат в очередной раз этот госдолг, который они за пятьдесят или сколько-то лет они уже много раз увеличивали, то это не обрушит всю систему. Проценты не нарастут лавинообразно.

Валентин Катасонов: Понимаете, лет через десять будет полный тупик. Многие республиканцы говорят: «Америка – это наша родина. Мы не хотим её лишаться», а про демократов за глаза говорят – это космополиты, им всё равно: есть Америка, нет Америки. 

Артём Войтенков: То есть демократы – это глобализаторы.

Валентин Катасонов: Да, глобализаторы.

Артём Войтенков: Им неважно, где жить.

Валентин Катасонов: Часть республиканцев вполне откровенно, вполне искренне защищает Америку, а Америка на грани развала. Много авторов, которые эти сценарии прописывают, я не буду сейчас повторять. На грани развала.

Дмитрий Еньков: Просто мы сейчас пытаем судить с точки зрения внешней политики, нашей, а они-то решают свои внутренние проблемы. Давайте мы увеличим потолок, но пусть Обама откажется.

Артём Войтенков: Смотрите, Обама пообещал всем американцам, что у них будет бесплатная государственная страховка и тут республиканцы говорят: нет, ребята, у вас не будет страховки и вообще пора затягивать пояса, мы будем жить в два раза хуже. Народ Америки это одобрит  что ли? Я понимаю, что отдельные люди в элите это понимают.

Валентин Катасонов: СМИ могут как угодно развернуть общественное мнение.

Артём Войтенков: Всё равно недовольных будет очень много.

Валентин Катасонов: Недовольные всегда будут. Поэтому республиканцам не позавидуешь, потому что если они дотянут до последнего, то они, конечно, очень серьёзно потеряют свои политические рейтинги. Особенно, если в Америке начнётся дефолт со всеми прелестями.

Артём Войтенков: Когда он начнётся?

Валентин Катасонов: Трудно сказать, я думаю, что, скорее всего, будет какой-то тяжёлый компромиссв ближайшие дни. Компромисс такой, что они не договорятся по крупному, как это было 2-го августа 2011-го года. Они тогда договорили по-крупному – подняли потолок на 2,5 трлн долларов. Сделка примерно была такая. Республиканцы сказали: «Мы согласны на повышение потолка сразу на 2,5 трлн долларов, но вы берёте встречное обязательство. Вы, за эти годы, пока действует этот потолок, сокращаете совокупно расходы бюджета на ту же сумму в 2,5 трлн долларов. Не за один год, а за несколько, то есть растяните это удовольствие и не сразу скушайте наш подарок. Отработайте этот подарок». Они не отработали этот подарок. Об этом СМИ не говорят, то есть соглашение не было выполнено со стороны демократов.

Дмитрий Еньков: Когда у Обамы заканчивается второй срок, в каком году? Он избирался в 2012-м году, как Путин?

Валентин Катасонов: Да.

Дмитрий Еньков: Значит, в 2016-м году. Он, видимо, торгуется за то, чтобы давайте мы дотянем до 2016-го, а дальше делайте, что хотите. Видимо, политика такая. Не трогайте мою эту программу. Давайте рассчитаем так, чтобы увеличить этот потолок ещё. Правда, до 2016-го года это много. 

Валентин Катасонов: Вы затронули ещё один вопрос. Дело в том, что у каббалистов это последний американский президент в их святцах, а каббалисты – это религиозные фанатики, которые будут чётко действовать по своим писаниям, как написано.

Артём Войтенков: Подождите, каббалисты, Каббала – это еврейское учение?

Валентин Катасонов: Да. Среди акционеров ФРС много каббалистов, но это особая тема.

Артём Войтенков: Мы не знаем акционеров ФРС.

Валентин Катасонов: Почему? 

Артём Войтенков: Их имена неизвестны.

Валентин Катасонов: Будем так говорить, это владельцы банков на Уолл-Стрит, банков лондонской сети.

Артём Войтенков: Но ведь нет документов, договоров, подтверждающих это. 

Валентин Катасонов: Точной раскладки по процентам, конечно, нет. Скажем, клан Ротшильдов – столько-то процентов, клан Рокфеллеров – столько-то, Куны, Лебы и прочие. Нет такой точной раскладки. В принципе, это, конечно, можно сделать. Это крайне сложная работа, но её можно проделать. Мы просто должны чётко посмотреть учредительные документы этих нескольких тысяч банков, всё посчитать. В принципе, это решаемая задачка. Другое дело, может быть, она и не решаемая, если там учредительные документы все фальшивые. Этого я не знаю.

Артём Войтенков: Такое тоже может быть?

Валентин Катасонов: Может быть.

Дмитрий Еньков: ФРС, учредители – это эти федеральные банки. Федеральные банки известны, их владельцы тоже не скрываются.

Артём Войтенков: Вы считаете, что владельцы ФРС придерживаются учения Кабалы. Я его не читал, поэтому не могу что-то говорить.

Валентин Катасонов: Я тоже глубоко в это дело не погружался и, вообще, долгое время дистанцировался от всей этой кабалистики, поскольку это всякая бесовщина. Но неожиданно меня мой один православный друг убедил в том, что мы не должны игнорировать этот фактор, в том числе в мировой политике. Потому что они живут по своим святцам. 11-е сентября 2001-го года – это событие произошло ни раньше, ни позже, а именно в тот момент, когда подсказывали их расчёты.

Артём Войтенков: Это было как-то записано, описано?

Валентин Катасонов: Да, это у них целая наука. Я не хотел бы сейчас погружаться в то дело, но я хочу сказать, что по их святцам, Барак Обама – это последний американский президент.

Артём Войтенков: Не зря он наполовину чёрный.

Валентин Катасонов: Даже это, кстати говоря, прописано в их книгах.

Артём Войтенков: Давайте развалим США и свалим всё на чёрного президента. Мы его выбрали, а он такой оказался...

Валентин Катасонов: Да я уж не знаю, будет ли там кому что объяснять после этого. Ситуация будет настолько тяжёлая, что никто ни перед кем оправдываться не будет уже. 

Артём Войтенков: Я понял. Ели мы опять-таки подведём черту, то получается, что в США есть две группировки. Одна глобалистическая – это демократы, а вторая – республиканцы – это более патриотическая или более проамериканская.

Валентин Катасонов: Среди американцев тоже много разных оттенков. Есть экзистенциалисты или патриоты, которые говорят, нам не надо, чтобы у Америки были интересы во всех точках Земного шара, нам бы порядок у себя в стране навести. Совершено правильно говорят. Часть – республиканцы, просто амбициозные люди, у которых, как в спорте есть противник, оппонент – демократы. Третьи – не знаю сознательно или не сознательно, фактически подыгрывают Ротшильдам. Не знаю. Точно так и у демократов куча всяких оттенков. В том числе такой оттенок как каббалисты.

Артём Войтенков: Понятно. Значит, демократы действуют в более каких-то глобальных интересах, используя государство США, как инструмент глобального подавления?

Валентин Катасонов: Для них США – это просто территория, на которой находятся вооружённые силы, которые защищают печатный станок и сам печатный станок. В принципе, можно перенести на другую площадку. Только тут маленькое «но»: площадка должна быть хорошо защищена. Это момент, связанный с вооружёнными силами.

Артём Войтенков: Получается, что демократы всё время хотят наращивать, увеличивать потолок госдолга, когда США берут всё больше и больше денег от той же самой ФРС, которая просто так рисует эти нолики и всё, а республиканцы этого не хотят в такой степени?

Валентин Катасонов: Да, по крайней мере, часть республиканцев – оппозиционеры. Там есть и, будем так говорить, оппортунистическое крыло республиканцев, которое иногда договаривается и даже дружат с демократами. Я говорю, конечно, про такую оппозицию, которую называют республиканской оппозицией. 

Артём Войтенков: Получается, что они сейчас находятся на таком моменте дележа. Либо мы как-то умерим свои аппетиты и не будем так много больше брать. Другие говорят, нет, давайте поднимем планку, дадим денег на армию, на вооружение, и вперёд, дальше идём всех давить.

Валентин Катасонов: Да.

Артём Войтенков: Хорошо. Теперь я в некоторой степени понял, что происходит. Благодарю вас за беседу, было познавательно и достаточно много что разложилось.

Валентин Катасонов: Да,  у нас много узелков на память для других разговоров, так, только обозначили. 

Дмитрий Еньков: Спасибо вам тоже за внимание.

Стенограмма видеозаписи подготовлена компанией «Орфографика» (http://услуги.орфографика.рф).
http://poznavatelnoe.tv - образовательное интернет-телевидение.




ПОДЕЛИТЬСЯ С ДРУЗЬЯМИ

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Интересная информация